Cathy-fox (cathy_fox) wrote,
Cathy-fox
cathy_fox

Once upon a December...



Глава 3
«Трактир «Нигде–и–никогда»

После того, как Эми Глайд рассказала о прошлой ночи все, что знала, Гермиона тепло попрощалась с девушкой, пожелав ей счастливого Рождества, пообещала прислать номер «Ведьмополитена» с напечатанным интервью, и вместе с Тедди вышла на улицу через неприметную дверь для персонала.
Тедди поинтересовался:
– Как вы собираетесь это устроить, с «Ведьмополитеном»?
– Есть у меня там связи, – хмуро отозвалась Гермиона, – девочка нам очень помогла, надо же ее как–то отблагодарить. – Она сверилась с листочками Сэвиджа и решительно направилась к широкой аллее, пересекающей Гринвичский парк, вдали виднелся купол обсерватории. Слабый свет зимнего солнца был уже не в силах разгонять наступающие тени, и на аллее постепенно стали зажигаться фонари. У первой же скамьи Гермиона остановилась, снова извлекла детектор магии, и озадаченно покачала головой.
– Ничего не могу понять, – пожаловалась она. – Дети вышли из музея, практически сразу произошло ограбление, а еще через несколько минут они просто исчезли. Учителя, который их сопровождал, нашли на этой скамейке, без сознания. Когда он пришел в себя, то ничего не смог вспомнить. И опять эта незнакомая магия. Ясно только одно – никто не аппарировал и не пользовался порталом.
Зябко поежившись под порывом холодного декабрьского ветра, швырнувшего в лицо горсть колких снежинок, Тедди рассудительно заметил:
– Без участия того странного типа здесь не обошлось. Помните, как он смотрел на детей и витрину с экспонатами?
Гермиона молча кивнула, пытаясь свести воедино все полученные сведения, которых было не так уж много. Пиратские амулеты, волшебная карта, старые доки на другом берегу, «Летучий Голландец», которого якобы видели на Темзе. Непривычная ситуация заставила ее забыть уроки Сэвиджа, первый из которых – «никогда не придумывать версий, подгоняя их под известные факты». Но, несмотря на то, что понравившаяся ей версия оказалась ошибочной, ход мыслей был верным, и разгадку найти удалось; правда, выяснилось это несколько позже…
Оставив пока что все соображения при себе, Гермиона попросила Тедди вернуться в Министерство, и попробовать разузнать что–нибудь в архивах. Возможно, удастся найти нечто интересное об этих пиратских штучках, или о похожих случаях исчезновения детей.
Тедди был явно расстроен, он рассчитывал принять более деятельное участие в своем первом настоящем расследовании. Вернув себе привычную внешность, молодой человек обиженно заявил:
– Меня отправляете в архив, а сами собираетесь в одиночку разыскивать этого типа?
Гермиона примирительно заметила:
– Работа в архиве – не самое бесполезное занятие. Взять хоть эту девочку, Эми, – если бы ей не пришло в голову копаться в старых документах, что бы мы с тобой сейчас делали? А я вовсе не собираюсь никого разыскивать, просто немного прогуляюсь, мне нужно подумать. Кстати, сегодня вечер Рождества, это же семейный праздник… – Она осеклась, сообразив, что все члены семьи Уизли, ближе которых у Тедди никого не было, сейчас во Франции. – В Норе для тебя оставлен портал, если хочешь, можешь им воспользоваться. А узнаешь что–нибудь интересное – пошли мне сову.
После того, как Тедди отправился в Министерство, аппарировав с негромким хлопком, начинающая замерзать Гермиона превратила свою ядовито–зеленую мантию в теплый плащ с капюшоном, и направилась к Темзе. Перейдя пустынную улицу, она оставила позади здание Морского Музея, и остановилась у гранитного бортика, вглядываясь в темную воду. Несмотря на погоду, река примерзла лишь у кромки берега; над поверхностью клубился туман, создавая причудливые образы, некоторые из них походили на проплывающие корабли. Жилых домов в этом районе Лондона не было, только большой парк, несколько туристических достопримечательностей, вроде Музея и обсерватории, и современные офисные здания. Весь парк до последней травинки обыскали маггловские полицейские, да и что там сейчас было делать похитителю? Нет, на этом берегу реки ничего интересного не обнаружишь.
Сгущались сумерки. Бросив взгляд на изящные золотые часики в виде хроноворота, и убедившись, что еще не так уж поздно, Гермиона плотнее запахнула плащ и спустилась в пешеходный тоннель, чтобы пройти под Темзой, и выйти на Собачий остров.
Если не считать Музея, в Лондоне не найти другого места, настолько ассоциирующегося с кораблями; нигде так не чувствуется, что Британия когда-то правила морями, как в старых доках на Собачьем острове. Лет сто назад со всей Империи сюда стекались богатства, заполнялись товарами ромовые, кофейные, сахарные, банановые, табачные склады; некоторые доки до сих пор пахнут пряностями. Но с тех пор слишком многое изменилось; теперь по вечерам здесь довольно неприветливо – путаница узких каналов, глухие кирпичные стены заброшенных складов с массивными решетками на окнах, одинокие фонари на перекрестках. Лучшего места для тайного убежища не найти.
Одни темные переулки вели к небольшим пристаням, другие заканчивались тупиками, третьи уходили куда-то в самую глубь квартала. Пусть с запозданием, но Гермиона решила последовать совету Сэвиджа – положиться на интуицию, и шагала по мрачным безлюдным улочкам, повинуясь смутному и почти позабытому ощущению азарта. За очередным поворотом на заснеженной мостовой она увидела дорожку собственных следов, и поняла, что сделала круг. Холодный ветер усиливался, начиналась настоящая декабрьская метель. Вздрогнув и зябко передернувшись от пригоршни колючих снежинок, Гермиона остановилась и закрыла глаза. «Оно где-то здесь, я же чувствую, - сказала она себе. – О Мерлин, где же, наконец, это самое место, которое я ищу? И где найду ответы на свои вопросы?» Не открывая глаз, она шагнула за угол…
За поворотом оказалась незнакомая улица, хотя Гермиона могла бы поклясться, что пару минут назад проходила тут, и видела тупик. Грязные кирпичные дома с разбитыми стеклами походили друг на друга, как близнецы, но какая-то мелочь не укладывалась в общую картину. Ну конечно, чуть поодаль на нетронутый снег мостовой падали красные и зеленые блики от фонаря с разноцветными стеклами, освещавшего ярко начищенную вывеску на стене домика с черепичной крышей. Подойдя ближе, Гермиона разобрала название: «Трактир «Нигде-и-никогда». Наверное, очередное злачное местечко для маггловских туристов… Рассудив, что тут можно будет что-то разузнать, она решительно толкнула дверь, вошла, и остановилась на пороге, с удивлением разглядывая открывшуюся перед ней картину.
Вопреки всем архитектурным нормам и законам, внутри этот невысокий домик оказался намного больше, чем выглядел с улицы. Низкий потолок из закопченных дубовых балок подпирали дубовые же колонны, тускло горели лампы, укрепленные на стенах, при ближайшем рассмотрении они оказались не электрическими, а газовыми. Кто бы мог подумать, что ради развлечения туристов хозяева будут с таким старанием воссоздавать атмосферу викторианского Лондона? Справа от входа располагалась длинная стойка, на полках позади нее выстроились ряды бутылок самых разнообразных форм и размеров. Слева находился огромный очаг, в котором удалось бы запечь целого быка, в дальнем конце зала винтовая лесенка вела куда-то наверх; все свободное место занимали столы, стулья и скамьи, но посетителей было немного. Гермионе не часто доводилось бывать в подобных заведениях, но она знала, что вечером женщине без спутника лучше не привлекать к себе излишнего внимания. Проскользнув к свободному столику, лампа у которого почти погасла, она расстегнула застежку плаща, повесила его на спинку стула и села, продолжая разглядывать полутемный зал.
Так прошло несколько минут, когда возле ее столика неслышно, практически ниоткуда, появился высокий мужчина неопределенного возраста, в некогда белом фартуке, и поставил перед Гермионой большую глиняную кружку, из которой шел пар.
– Горячий грог с корицей – лучшее средство от простуды, в этакую-то погодку! Ну и метель разыгралась! – Он подмигнул и добавил: – За счет заведения, мисс. Так сказать, в честь знакомства. Вы же у нас первый раз.
– А вы запоминаете всех своих посетителей? – поинтересовалась Гермиона, придвинув к себе кружку и обхватив ее ладонями, заледеневшие пальцы начинали постепенно отогреваться. Разговорчивый хозяин – как раз то, что ей было сейчас нужно.
Явно обрадованный возможностью поболтать с новым человеком, трактирщик присел на скамью напротив и утвердительно кивнул. Наклонившись к Гермионе, он усмехнулся и продолжил:
– Да уж, на память не жалуюсь, это вам кто хошь подтвердит. Бывают у нас и постоянные клиенты, и редкие гости – вот, навроде вас. Вы, мисс, не смотрите, что сейчас тут малость безлюдно, ближе к полуночи ни единого местечка свободного не найдете, не будь я Джон Гленн!
Немного ошеломленная таким натиском, Гермиона ответила: «Очень приятно, мистер Гленн…» и хотела поинтересоваться насчет недавних посетителей, но трактирщик уже начал перечислять присутствующих:
– Вон там, загорелый такой, в пробковом шлеме – ну так это полковник Фоссет¹, он еще все Эльдорадо искал. Рядом с ним - мистер Говард Картер². За столиком у камина – ага, его за стопкой книг и не видно совсем, – профессор Ван Хельсинг, очередную рукопись дописывает.
Гленн продолжал рассказывать о сидящих за столами людях, а Гермиона рассеяно кивала, пытаясь вспомнить, где она могла о них слышать. Тем временем действительно стали появляться новые гости, и две девушки-официантки едва успевали обслужить всех, каким-то чудом протискиваясь в узкие проходы между стульями и скамьями, и опасно балансируя огромными тяжелыми подносами, уставленными кружками, блюдами и бутылками. Бросив тщетные попытки вспомнить перечисленные трактирщиком имена, Гермиона наконец-то обратила внимание на необычный внешний вид посетителей. Даже в неярком свете газовых светильников было заметно, что их одежда и прически никак не соответствуют современной моде магглов. Загорелые или мертвенно-бледные, в плащах, сюртуках и рыцарских доспехах, с короткими стрижками, косичками и аккуратными бородками-эспаньолками, гости мистера Гленна никак не походили на обычных посетителей лондонских пабов. Растерянная Гермиона взглянула на свою кружку, в которой плескался почти остывший грог. «Наверное, грог был слишком крепким», попыталась она успокоить себя, но тут услышала что-то знакомое…
– Что вы сказали, мистер Гленн?
– Э, мисс, да вы меня совсем не слушаете. Говорю, значит, у барной стойки – капитан Тернер, с «Летучего голландца». Да-да, тот самый. Вскорости и команда его появится. Хорошие клиенты, да только заходят не часто – раз в десять лет…
С «Летучего...»… – Гермиона поперхнулась. – Как с «Летучего голландца»? Да что у вас здесь за место такое, мистер Гленн?
Трактирщик обиженно покачал головой:
– Эх, мисс, я-то думал, что вы поняли. Над входом же вывеска повешена: «Трактир «Нигде-и-никогда». И чему вас только обучают, в этих ваших университетах новомодных…
– Этого не может быть, – отрезала Гермиона, говоря все громче, почти переходя на крик. – «Нигде-и-никогда» – всего лишь страна из детской сказки…
Резким движением она отодвинула от себя кружку и с подозрением глянула на трактирщика.
– Чем вы меня опоили, мистер Гленн? У меня галлюцинации?
На них уже начали обращать внимание, какой-то мужчина, направлявшийся к стойке, остановился позади Гермионы, слегка наклонился, и тихо произнес:
– Мисс Грейнджер, вы же прекрасно понимаете, что говорите глупости, отрицая очевидное.
Ей был откуда-то знаком этот негромкий голос, эта слегка язвительная и насмешливая интонация… Она медленно обернулась.
– Вы?


¹ – Персиваль Фоссет, известный английский исследователь Южной Америки. Пропал без вести в 1925 году во время одной из экспедиций, в поисках древних городов.
² – Говард Картер, археолог, известный тем, что нашел гробницу Тутанхамона.


Глава 4
«Старые друзья и новые враги»

Теперь Гермиона была абсолютно уверена, что коварный трактирщик подсыпал какую-то отраву в свой хваленый грог. Галлюцинации – единственное объяснение всему происходящему. Мужчина, стоявший у нее за спиной, никак не мог там сейчас стоять по той простой причине, что погиб двадцать лет назад в Битве за Хогвартс. Правда, теперь он выглядел немного иначе, чем в пору их знакомства: вместо привычной профессорской мантии – широкий черный плащ, пена кружев на манжетах и вороте белоснежной рубашки, лицо тронуто легким загаром, темные волосы собраны в косичку. Определенно, пребывание ТАМ – где бы он не находился все это время – пошло Северусу Снейпу на пользу. Хотя для фантома или призрака бывший профессор зельеварения казался слишком материальным.
Воспользовавшись замешательством Гермионы, он придвинул свободный стул поближе к ее столику, и поинтересовался:
– Вы позволите, мисс Грейнджер?
Та молча кивнула, Снейп сел и обратился к трактирщику, явно наслаждавшемуся этой сценой:
– Принесите нам еще вашего замечательного грога, мистер Гленн. Мы с мисс Грейнджер – старые знакомые, можете за нее не беспокоиться.
– Миссис… – в полузабытьи произнесла Гермиона.
Трактирщик ухмыльнулся, подмигнул Северусу и направился к стойке с напитками, а к Гермионе вернулся дар речи:
– Это действительно вы, профессор? Но как? Что это вообще за место?
Он усмехнулся, и промелькнувшая тень улыбки лучше всего доказала: происходящее – реально. Потому что никакие галлюциногенные зелья не помогли бы Гермионе вообразить такое выражение лица у прежнего Снейпа.
– Я, собственной персоной, мисс Грейнджер. Ах да, прошу простить, вы же теперь – миссис Уизли.
Голос его совсем не изменился, и Гермионе показалось, будто время повернулось вспять. Будто и не было долгих лет работы в министерстве, жизни в маленьком коттедже на окраине Лондона… Она рассеяно потерла виски, усталость и непривычная обстановка дали о себе знать, тупая боль накатывала волнами.
– Лучше называйте меня мисс Грейнджер. Когда я слышу «миссис Уизли» от вас, то сразу хочу оглянуться в поисках Молли.
Северус пожал плечами:
– Как пожелаете. Итак, вы хотите знать, где мы находимся? В той самой сказке, существование которой вы только что яростно отрицали. – Он ненадолго умолк, пока Гленн расставлял на столе дымящиеся кружки и тарелки с нехитрой закуской. – Во все времена находились люди – волшебники и магглы –, которые считали нашу реальность слишком обыденной и скучной. Одни жаждали открыть новые земли, другие – найти невероятные сокровища, третьи хотели узнать все тайны вселенной. У каждого из них была несбыточная мечта. И однажды наступал момент, когда их желание изменить свою жизнь становилось настолько сильным, что пробуждалась древняя, давно позабытая магия. Тогда все эти люди находили дорогу сюда. Пейте свой грог, пока не остыл.
Гермиона послушно глотнула обжигающую жидкость, и почувствовала, что головная боль отступила. Полутемный зал почти заполнился посетителями, от большого очага шло приятное тепло, а Снейп задумчиво продолжал:
– Название этого места отлично отражает его сущность – оно находится вне известных нам реальности и времени. Отсюда можно попасть куда угодно, в любой из множества миров, туда, где исполнится ваша мечта.
Замолчав, несколько томительно долгих мгновений он испытующе разглядывал Гермиону, и, наконец, сказал:
– Думаю, что я удовлетворил ваше любопытство, мисс Грейнджер. А теперь позвольте узнать, каким образом попали сюда вы? Не припомню за вами склонности к пустым фантазиям. Я еще мог бы понять, будь это мистер Поттер, или кто–то из близнецов Уизли, но вы?
Гермиона раздраженно пожала плечами. В словах Снейпа явно скрывался какой-то подвох, но сейчас она слишком устала, чтобы разгадывать еще и эту загадку. Если верить его рассказу, который казался вполне достоверным, то можно заполнить все пробелы в версии ограбления музея. Щелкнув застежкой сумочки, она вытащила давешнюю папку с отчетом маггловской полиции, и протянула ее Северусу. В двух словах объяснив собственную роль в этой истории, наклонилась к нему и тихо добавила:
– Уверена, что знаю ответ на ваш вопрос. Я попала сюда, потому, что очень хотела найти того, кто похитил детей из музея. Этот человек находится здесь. Наш разговорчивый хозяин назвал мне его, когда расхваливал своих постоянных посетителей.
Снейп недоверчиво приподнял бровь, а Гермиона кивком указала на человека, беседовавшего у стойки с Гленном.
– Это капитан «Летучего голландца», Тернер, кажется.
Северус удивленно глянул на Гермиону, и к ее изумлению, негромко рассмеялся.
– Слава Мерлину, – протянул он. – Стоило ждать двадцать лет, чтобы лично поприсутствовать на таком знаменательном событии. Всезнающая мисс Грейнджер наконец-то совершила ошибку!
«Да он просто издевается надо мной», подумала Гермиона, привстала потянулась за своими отчетами. Теперь она уже жалела, что рассказала слишком много, потому что Снейп, похоже, не собирался принимать ее слова на веру.
– Сядьте, мисс Грейнджер. У меня и в мыслях не было вас оскорбить. – Он нахмурился, и стал похож на себя прежнего. Пробежал взглядом листочки, убрал их обратно в папку, но возвращать не стал, потом подал знак трактирщику. Гленн расплылся в широкой улыбке, шепнул что-то своему собеседнику, и тот направился прямиком к столику Гермионы.
– Что вы наделали? – Она в отчаянии пыталась выудить палочку из своей бездонной сумки, от неожиданности совсем позабыв, что и без этого способна себя защитить. – Этот человек – преступник, возможно, убийца! Зачем вы обратили на нас его внимание?
– Успокойтесь. Да успокойтесь же вы! – Ловким движением Северус неожиданно перехватил ее руку с палочкой, помешав нацелиться на ничего не подозревавшего капитана Тернера. Да, в физической силе ему не откажешь. Гермиона не считала себя хрупким и воздушным созданием, как многие женщины, но пытаться освободиться от железной хватки Снейпа – все равно, что голыми руками разрывать стальные цепи. – Поверьте, вы действительно ошиблись. Капитан Уильям Тернер – не тот, кто вам нужен. И спрячьте палочку – здесь не принято угрожать друг другу.
Между тем, предмет их беседы уже подошел к столику и коротко кивнул Снейпу.
– Северус, друг мой, вы всецело завладели вниманием самой красивой дамы, которая когда–либо посещала этот жалкий трактир. Это не по–товарищески. Позвольте представиться, миледи, – обратился он к Гермионе, слегка поклонившись, – капитан Уильям Тернер. Надеюсь, я не помешаю?
– Гермиона Грейнджер, – машинально ответила та, слегка смутившись. Что именно привело ее в смущение, Гермиона и сама не смогла бы себе объяснить, возможно, неожиданный комплимент. Обычно красавицами мужчины называли девушек, похожих на Флер, и никогда – саму Гермиону. Спохватившись, она предложила Тернеру занять место за их столиком:
– Прошу, капитан. Мы с мист… с Северусом будем рады, если вы составите нам компанию. – Интуиция почему–то подсказывала, что лучше создать иллюзию достаточно близких отношений со Снейпом. Так, на всякий случай. Вернув, наконец, свою палочку, она мило улыбнулась капитану Тернеру. В одном Северус был прав: Уильям Тернер – не тот, кого она искала. Он оказался значительно выше и стройнее человека с маггловской камеры слежения в музее, и при этом не обладал никакими магическими способностями, чтобы до неузнаваемости изменить свою внешность. Красивое открытое лицо, слегка вьющиеся темные волосы, как и у Снейпа убранные в косичку, – он выглядел лет на тридцать–тридцать пять. Но встретившись с ним взглядом, Гермиона внутренне содрогнулась. Пришлось признать, что трактирщик сказал правду насчет «Летучего голландца». Если корабль действительно существует, то иного капитана у него быть не может. Несмотря на шутливый тон, в глазах Уильяма Тернера плескалась затаенная боль, бесконечная усталость и печаль. Взгляд человека, заглянувшего в бездну, и целую вечность смотревшего на то, о чем людям лучше не знать.
Занявшись своим грогом и весьма удавшейся стряпней мистера Гленна, Гермиона поглядывала на Тернера, мысленно сравнивая его со Снейпом, сидевшим напротив. Внешнего сходства почти не было, но оба вызывали едва уловимое одинаковое ощущение опасности. Отмахнувшись от непрошенной мысли «Что я здесь делаю?», она прислушалась к разговору.
– Мисс Грейнджер попросила меня помочь ей в одном деле, Уилл.
«И вовсе я не просила о помощи», – собралась возмутиться Гермиона, но вовремя сдержалась, а Снейп продолжал:
– Тут из Морского музея пропало кое–что, имеющее отношение к пиратам. Компас Джека Воробья, если быть точным, карта и судовой журнал.
Выражение лица капитана Тернера не изменилось, но взгляд стал цепким и холодным. Северус протянул ему список украденного и добавил:
– Да, и еще мисс Грейнджер полагает, что этот же вор похитил нескольких детишек. Думаю, тебя это заинтересует.
Тернер мельком глянул на список и коротко отозвался:
– Мне нужно больше подробностей.
Подробности – откуда же их возьмешь, когда никто ничего не видел, не слышал, и не заподозрил? Спохватившись, Гермиона вытащила свиток, в который Прытко Пишущее Перо записывало рассказ Эми Глайд, и стала торопливо водить пальцем по строчкам, выведенным каллиграфическим почерком. Где же это? А, вот!
И она негромко перечислила:
– Компас, карта Сяо Феня, м–м–м… судовой журнал с фрегата «Распутница»¹, принадлежавшего Ост–Индской компании и позже известного, как «Черная жемчужина»…
Тернер усмехнулся, и глаза его странно блеснули.
– Значит, пропавшие детишки и «Черная жемчужина»… – Он кивнул в такт своим мыслям, а потом внезапно сменил тему: – Сегодня канун Рождества, так, Северус?
Гермиона охнула, она совершенно забыла про время… Сейчас, должно быть, около полуночи, значит, в ее распоряжении осталось меньше суток. Как там сказал Хейден: «Лучше вам управиться за два дня, иначе…» Иначе – что? От Хейдена Сэвиджа такого следовало ожидать, сплошные недомолвки и незаконченные фразы. Начальник Департамента Охраны Магического правопорядка порой предпочитал не рассказывать все известные ему подробности, полагая, что избыток информации только повредит. Как ни странно, сверкающие стрелки ее золотых часиков–хроноворота, висевших, как кулон, на тоненькой цепочке, застыли на половине восьмого. А Гермиона готова была поклясться, что провела в этом трактире уже несколько часов.
– Время здесь течет иначе, чем в вашей реальности, мисс Грейнджер, – заметил Снейп, и выжидающе посмотрел на Тернера: – Продолжай, Уилл.
Капитан подозвал только что зашедшего с улицы коренастого загорелого мужчину, и негромко отдал ему какое–то распоряжение, тот согласно кивнул и направился к выходу, оставив после себя запах крепкого табака и свежего морского ветра.
– Это мистер Гиббс, мой первый помощник, – объяснил Тернер, а Гермиона вздохнула, от происходящего у нее уже голова шла кругом. По виду этого мистера Гиббса никак нельзя было сказать, что он явился с заснеженных лондонских улочек, скорее уж прямиком с борта корабля.
– Да, ваш загадочный похититель… Я знаю, кто он. Это председатель Ост–Индской Торговой Компании, лорд Катлер Беккет, первый хозяин «Черной жемчужины» и тот человек, который в моем личном списке врагов числится под номером один.
Гермиона облегченно вздохнула – ну вот, хоть какая–то определенность появилась, правда имя ничего ей не говорило, но Снейпа эта новость почему–то не обрадовала:
– Тот самый Беккет? Но ведь он же…
Тернер невесело усмехнулся:
– Кому, как не нам с тобой знать, что оттуда можно вернуться. – Он помолчал и продолжил, обращаясь больше к Гермионе, чем к Северусу: – Лорд Катлер Беккет жаждал богатства и власти, получил их, но этого ему показалось мало. На что вам власть, и как долго вы будете наслаждаться своим богатством, если каждому отмерен свой срок? Беккет захотел бессмертия, а за это приходится платить дорогой ценой.
Гермиона переглянулась со Снейпом и сухо сказала: - Я слышала, какой бывает эта цена.
Капитан Тернер согласно кивнул:
– Да, вы меня поняли, мисс Грейнджер. Не хочу утомлять вас описанием всех подвигов Беккета, остановлюсь только на одном эпизоде его далеко не безупречного прошлого. Фрегат «Распутница», полувоенное судно, не подходил для транспортировки обычных колониальных товаров – чая, пряностей и сахара, и Беккет занялся перевозкой африканских рабов из Дагомеи, что намного выгоднее. Вы что–нибудь слышали о культе вуду? Среди рабов оказались колдуны, от которых Беккет узнал то, чего ему знать не следовало. Желаемого пути к бессмертию они не смогли ему предложить, но способы управлять человеческим сознанием и пользоваться силой чужой магии пришлись весьма кстати.
Снейп покачал головой и пробормотал:
– Чужая магия, ну конечно…
– Вы недооцениваете силу веры, – продолжал Тернер. – Мы верим в волшебство, потому что знаем – оно существует. А вот обычные люди, тем более дети, и тем более сегодня, в канун Рождества… Их воображение безгранично, они способны придумать такое, чего мы и представить себе не сможем. И, что самое главное, способны искренне в это поверить. А Беккет знает, как использовать силу их воображения в свою пользу. Он собирается привести в действие волшебную карту Сяо Феня и отправиться к Источнику Юности, но сам не обладает магическими способностями. Для этого и понадобились дети.
Гермиона почувствовала, как по всему телу пробежал неприятный холодок. Слова Тернера прозвучали буднично и зловеще.
– А что станет с детьми?
– Самое страшное для ребенка – потерять способность мечтать. После этого они не смогут жить, – просто ответил капитан.


¹ – «Распутница» – «Wicked Wench», первоначальное название «Черной Жемчужины», до того, как ее заполучил Джек Воробей.
Tags: Гарри Поттер, ПКМ, кроссовер, пираты, фанфики, фанфикшен
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments